Пластические операции

Ринопластика без операции? (обновлено 05.09.2017)

Реклама обещает изменение формы носа без операции: дешевле, безопаснее! Ура? Делаешь уколы специального средства, размягчающего хрящ, носишь специальную накладку, и нос деформируется в заданную форму. Прекрасное решение или сыр в мышеловке?

Рассказывает пластический и челюстно-лицевой хирург Абрамян Соломон Маисович («Frau Klinik»):


Можно ли изменить форму носа с помощью инъекций какого-либо вещества?

Я считаю формулировку «безоперационная ринопластика» некорректной.

Введение инъекций – не более чем контурная пластика небольших (до 3-5 мм в диаметре) дефектов в области носа. Например, можно заполнить филлером на основе гиалуроновой кислоты небольшую ямочку. Только филлеры на основе ГК не дают серьезных осложнений. Биополимеры и другие растворы я своим пациентам не ввожу.

Но введение филлеров – не самостоятельное направление и не может быть заменой операции.

Что такое «инъекционная ринопластика» в обычной жизни. Препараты на основе ГК вводятся в подкожное пространство носа. Нос, который был скорректирован подобным образом, каждое утро может отекать, так как гиалуроновая кислота имеет свойство накапливать жидкость. Препарат начинает рассасываться уже через 3-6 месяцев и, чтобы сохранять стабильный результат, процедуру приходится повторять 2 раза в год. Это нестабильно и непредсказуемо.

Другой вопрос – использование филлеров на основе ГК в постоперационном периоде. В этом случае препарат ведет себя иначе: рассасывается очень медленно или не рассасывается вообще – капсулируется, что позволяет сохранить необходимый объем надолго.


Возможно ли скорректировать спинку носа гелями: приподнять и сравнять спинку, если есть небольшая горбинка?

Без операции повлиять на кость невозможно. Вся концепция «инъекционной ринопластики» – это работа на уровне подкожной клетчатки, создание дополнительного объема в тканях.

Чтобы сгладить «этническую горбинку», врач подкожно накладывает филлер на основе ГК от лба до основания горба, таким образом приподнимая кожу. Но при этом исчезает лобно-носовая складка, и в некоторых случаях нос начинается прямо от бровей: становится литым, тяжелым, но зато без горбинки. Выглядит это не эстетично, форма постоянно меняется, гиалуроновая кислота может начать мигрировать (в стороны, вниз, к основанию) или рассасываться. Умеренно-стабильный результат в среднем сохранится на протяжении 2-3 месяцев.

Что касается возможности восполнения недостающего объема в области спинки носа, когда необходимо ее приподнять – да, это также возможно сделать с помощью филлеров. Но, опять же, гиалуроновая кислота может перемещаться, а с утра нос будет выглядеть отекшим, приобретая в течение дня более аккуратный вид.


Реклама «безоперационной ринопластики» обещает «уменьшение формы носа за счет сокращения объема жировой клетчатки».

Это довольно модная и распространенная терминология. Если в рекламе пишут «мы разработали препарат и применяем его в нашей клинике» - скорее всего, это ложь. Чтобы разработать новый препарат, в среднем уходит 15-20 лет. Для полноценного тестирования требуется несколько тысяч клинических испытаний. Когда представят препарат, прошедший серьезные клинические испытания, тогда можно будет поверить.

В ходе «безоперационной ринопластики» вкалывают средства, оказывающие локальное действие: липолитики либо препараты глюкокортикостероидного ряда – дипроспан и кеналог.

Липолитики. Чтобы развеять все мифы относительно этой методики, необходимо вспомнить анатомию носа. Под кожей носа жировая клетчатка очень небольшой толщины, около 1-1,5 мм. Если внимательно посмотреть на тучных людей, вы увидите, что вокруг рта, глаз, в области носа фактически нет жира. Даже если вес человека увеличивается, данная зона не меняется: организм таким образом защищает органы чувств, оставляя их неизмененными и сохраняя способность к жизнедеятельности. Поэтому утверждать, что размер или форму носа можно изменить за счет жировой клетчатки, в корне неверно. Жировой клетчатки в носу мизерное количество.

Идею безоперационной ринопластики в массы продвинули врачи-косметологи. Естественно, недорогие и безболезненные амбулаторные процедуры, которые длятся около 30 минут, и не сопровождаются синяками и отеками, очень привлекательны. И классическая ринопластика, на первый взгляд, явно проигрывает. Но о стабильном результате здесь и речи быть не может! Чтобы вмешиваться в анатомию носа, необходимо понимать, за счет каких структур он меняется. Поэтому формулировка «за счет сокращения жировой ткани» у меня вызывает только улыбку. Делайте тогда липосакцию носа, зачем что-то колоть.

Дипроспан, кеналог. В больших дозировках эти препараты обладают рассасывающим действием, то есть атрофируют ткани. И воздействие оказывается не только на подкожную клетчатку, но и на хрящи, и на кожу. Кость не атрофируется, но кальценозные структуры локально разрушаются, и кость становится более хрупкой, «сахарной». Таким образом, форма носа меняется не только «за счет подкожно-жировой клетчатки», но и за счет «растворения» хрящей и кожи.

Сейчас немало пациентов обращаются к хирургам после подобных манипуляций. И я еще ни разу не видел эстетически приемлемого результата. Во-первых, препарат непредсказуем, на каждый организм он действует по-разному. Во-вторых, происходит неконтролируемая диффузия – хаотичное распространение препарата в близлежащие ткани. В-третьих, одним из самых неприятных последствий введения дипроспана является атрофия кожи. Кожа становится настолько тонкой, что визуализируются все сосуды, появляются сосудистые звездочки. Получается, что кожа буквально лежит на кости, и это выглядит очень некрасиво.

Я не против использования дипроспана и кеналога, но исключительно в послеоперационном периоде! Я ввожу дипроспан пациентам после закрытой ринопластики, чтобы исключить процесс рубцевания. Но применять его как метод ринопластики – неправильно, это не более чем введение пациентов в заблуждение.


Каковы возможные негативные последствия введения дипроспана для «безоперационной ринопластики»?

Пример №1: пациентка после введения дипроспана.

Подкожно-жировая клетчатка практически отсутствует. Препарат подействовал и на хрящевые ткани, произошло их рассасывание. Нос стал острым и угловатым, так как под кожей видны хрящи. Создается впечатление, что на костный скелет натянута кожа. 





Фотография не может передать всю глубину проблемы: нос выглядит очень неестественным, «игрушечным», так как утрачен объем и нарушена анатомия. Произошла и атрофия кожи – она стала прозрачной, как папиросная бумага. Любая травма приводит к появлению язв, перфорации, раны долго не заживают. На момент, когда сделаны фотографии, после укола прошло 1,5 месяца и разрушительное действие препарата еще продолжается – оно закончится только через 1,5-2 месяца.

К сожалению, в подобных случаях пластический хирург бессилен: неизвестно, какие структуры костного отдела остались неповрежденными и можно ли что-то сделать. Даже если пациент согласен на неизвестный результат, я не оперирую таких пациентов. Я берусь оперировать сложные носы, даже практически отсутствующие. Но как помочь тем, кто пострадал от «безоперационной ринопластики» дипроспаном, мне пока неизвестно.


Пример №2: пациентка после введения биополимера в комбинации с гиалуроновой кислотой.

Так называемый биополимер – это силикон, ничего «биологического» в нем нет. Введение биополимера привело к нагноению и появилась перфорация: отверстие, через которое выходит гной. Идет воспалительный процесс, поэтому нос сильно покраснел.

К сожалению, предыдущий доктор, к которому обращалась пациентка, пытался выдавить отделяемое. Вследствие этого произошла диффузия нагноившегося биополимера, который распространился практически по всем отделам подкожной части носа. Сильное воспаление в этом случае создает риск потерять концевой отдел носа.







Пациенты после «безоперационной ринопластики» приходят с «клапанным эффектом», различными осложнениями в виде нарушений дыхания, а также полностью разрушенной структурой носа. Костное основание носа остается, но меняется подкожно-хрящевая часть. К сожалению, я уже не могу им помочь. В случае повторной ринопластики результаты достаточно предсказуемы, но что мы получим после «инъекционной ринопластики», не знает никто.


Ринокорректор (сдавливающая нос лангета), после долгой носки которого форма носа якобы меняется.

Если углубиться в историю, то искусственную деформацию различных частей тела люди практиковали. Сюда относятся деформирование черепов, бинтование ног у женщин, принадлежащих к высшему обществу в Китае, удлинение шеи с помощью колец и прочие примеры.

Принцип понятен: если с детского возраста сдавливать нос какой-то накладкой, которая будет мешать процессу его роста и формирования, то да, в теории изменить форму и размер носа возможно. Но когда костный скелет уже сформирован (обычно этот процесс заканчивается в возрасте 16-18 лет, и, кстати, именно поэтому пластические хирурги начинают выполнять ринопластику после этого возраста), кость под воздействием внешнего воздействия не будет меняться. Возможно, изменения произойдут в коже и подкожном пространстве.

Форму хряща изменить невозможно. Его можно только удалить, вытащить, отрезать, сломать армирующую структуру. Форму костей тоже поменять невозможно. Структура носа – самая сложная структура, в которой присутствуют все ткани организма: кожа, подкожная жировая клетчатка, кость, хрящ, слизистая оболочка. И невозможно под воздействием какого-то приспособления поменять форму этой структуры. 

И сколько пациент должен ходить с таким «ринокорректором», чтобы дождаться атрофии кожи? Год, два, три... Наоборот, сегодня мы, пластические хирурги, все силы направляем на то, чтобы сделать процесс коррекции и реабилитации максимально быстрым и комфортным для пациента. Мы разработали «микроринопластику» именно с целью сократить восстановление после операции до недели, исключить обширные гематомы, минимизировать травматизацию тканей. Люди идут к хирургу, чтобы получить предсказуемый результат с сокращенным периодом реабилитации, а не ходить с «лангетой» неограниченное количество времени и ждать чуда.


Следующая реклама: «Мы разработали препарат, значительно повышающий эластичность костно-хрящевой ткани и уменьшающий ее в объеме». После инъекций накладывают гипс на сутки, и горбинка исчезает, кончик становится тоньше.

В этом случае снова используется дипроспан, но в очень больших количествах.

Представьте себе задачу – убрать горбинку. Во время полноценной ринопластики хирург убирает горбинку и получает открытую спинку носа. Далее хирург ломает кости, чтобы сблизить своды, сформировать «пирамиду». Если решать эту задачу безоперационным методом, с помощью инъекций, то под действием дипроспана произойдет атрофия надкостницы, подкожного жира, кожи.

Кости теряют кальций и становятся «эластичными», но это слишком красивое название. На деле они становятся хрупкими. Кальценозная структура кости не позволяет ей стать эластичной, кость не может растягиваться. Горбинка может уйти за счет атрофии кожи и тканей, но сама спинка носа становится квадратной, широкой, и получается трапецевидный нос. Только хирургически можно добиться необходимого результата, но для этого кости нужно ломать и сближать.

Гипс или послеоперационная лангета на носу не являются создающим форму инструментом. Прежде всего, они удерживают отёк и предохраняют костные ткани от смещения. Если хирург во время операции не смог создать нужную форму носа, потом это сделать лангетой или гипсом крайне сложно. И тем более невозможно это сделать без операции.

0 комментария

Возврат к списку